— И что ты теперь будешь делать? — вытирая выступившие на глаза слезы, спрашивает Петя. — До свадьбы-то всего ничего осталось. Уже проще пожениться, чем все отменять.
— Не знаю. Мне страшно, как потерять его, так и не оправдать тех надежд, которые он на меня возлагает. Артем сам должен решить, что для него лучше, — бросая взгляд на часы, рассеяно говорю я.
— То есть хочешь снять с себя всякую ответственность? — замечает Петя. — Все скинуть на него?
— А что я могу сделать? — пожимаю плечами я. — Требовать, чтобы он бросил Алехандру? Ставить ему условия? Истерить?
— Ой, ну зачем же так пафосно? — морщится Петя. — Просто дай ему почувствовать, что ты принимаешь его. Что ты с ним и за него. Это самое главное. Все остальное от лукавого. И если он это увидит, то сам свернет горы, только ради этого ощущения. Том, он любит.
— Да, я знаю. Он сказал мне, — упавшим голосом произношу я. Брат шумно вздыхает. Смотрит на меня, крутит пальцем у виска.
— Поэтому хватит ломать комедию, — заключает он. — Ты сама знаешь, что делать дальше.
Молча киваю. Целую его в лысую макушку. Он гладит меня по руке. Желаю ему спокойно ночи и поднимаюсь к себе.
Просыпаюсь среди ночи от дикой жажды. В комнате темно. Нащупываю на тумбочке телефон, чтобы посмотреть сколько времени. На дисплее три пропущенных от Артема. Сон мгновенно уходит на десятый план, желание пить тут же забывается. Он звонил час назад, а я так крепко спала, что ничего не слышала. Хочу перезвонить, но у меня от волнения дрожат руки. Да и нормально ли это делать в два часа ночи? Он, наверное, уже спит. Тем более, скорее всего, рядом Алехандра. Не хочу, чтобы у него были проблемы. Откладываю телефон в сторону и поднимаюсь с постели. Отыскиваю халат и хочу спуститься на кухню, чтобы выпить воды. Надо будет поставить графин рядом с кроватью, ведь уже не первый раз здесь просыпаюсь от жажды. Открываю дверь, делаю шаг вперед и лицом к лицу сталкиваюсь с Артемом.
От неожиданности делаю шаг назад и врезаюсь спиной в дверной косяк. Не говоря ни слова, он привлекает меня к себе и целует в губы. От него пахнет морем и сигаретами. Темные волосы небрежно убраны в хвост. Не разжимая объятий, он заводит меня в комнату и ногой закрывает дверь. Одной рукой снимает с меня халат, другой держит за талию, словно боится, что я куда-то убегу. Шелковая ткань падает на пол. Я снова оказываюсь перед ним без одежды. Хочу вытащить его футболку из-под пояса джинсов, но она не дает мне это сделать, сжимая запястья и отводя их за спину. Наклоняется и целует меня в шею. Касается губами груди, прокладывая дорожку из поцелуев до самых бедер. Мне хочется обнять его, ощутить тепло его кожи. Стараюсь высвободиться из его пальцев, но еще крепче сжимает их.
— Пожалуйста, — тихо прошу я.
Игнорируя мою просьбу, он опускается передо мной на колени.
Глава 12
Артем
Утро снова начинается с головной боли. На этот раз от похмелья. Мерзко, что к ней еще примешивается тошнота. С трудом открываю глаза и пытаюсь вспомнить, как закончился вчерашний вечер. Но у меня не получается. Последнее вспоминание — мы сидим с Серхио в баре и нам приносят счет. Но ведь как-то я добрался до дома и лег спать?
Приподнимаюсь на локте, чтобы взглянуть на часы. Взгляд падает на тихо посапывающую Алехандру, которая уснула прямо в одежде. Тушь с ресниц осыпалась и лежит черными точками на щеках. Карандаш вокруг глаз растекся и выглядит вульгарно. Волнистые волосы небрежно подколоты, обнажая шею, на которой виден след от засоса. Неужели между нами вчера еще что-то было?
Выбираюсь из постели и иду на кухню. Выпиваю пару стаканов воды. Варю себе кофе. От мысли, что сейчас надо ехать на работу становится тоскливо. Может, придумать реалистичный повод и прогулять? Мой организм сейчас не готов к подвигам.
Лениво зевая, и прикрывая рот рукой, входит Алехандра.
— Доброе утро, — бормочет она. Подходит ко мне и прижимается лбом к грудной клетке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты поздно вчера пришла? — спрашиваю я.
— Под утро. Ты крепко спал. Я не стала тебя будить, — говорит она. — Как провел вечер?
— Хорошо, — отвечаю я. — Пил. Ты, судя по всему, тоже неплохо провела время.
Она отстраняется, хмурит брови и непонимающе смотрит на меня. Беру ее за плечи и подвожу к зеркалу, что висит в прихожей. Касаюсь пальцами пятна на ее шее. Девушка внимательно рассматривает его, силясь что-то вспомнить. Потом начинает смеяться.
— Девчонки подшутить так решили, — сквозь смех, говорит она. — Не поверили, что ты не ревнивый. Типа сама увидишь, что все парни ревнуют. Ну, похоже, что они правы!
Звучит невинно и искренне, но я не верю услышанному. Алехандра никогда не давала мне повода в ней сомневаться. И даже когда мой отец стал намекать на ее неверность, я защищал ее, не веря ни одному его слову. Мы даже поругались с ним. Помню, тогда в сердцах сказал ему, что если он будет наговаривать на мою девушку, то у него больше не будет сына. Отчего же я начал сомневаться сейчас? Потому что сам едва не изменил ей? Ведь если бы Тамара не выставила меня, я бы сделал это.
— Пойду в душ, — говорю я, отстраняясь от нее. Алехандра хватает меня за руку и с волнением смотрит в глаза.
— Ты мне не веришь? — испуганно спрашивает она.
— Я не знаю, — честно отвечаю я. И разжав ее пальцы, иду в ванную.
Всю первую половину дня мысль о том, что у Алехандры кто-то есть не выходит у меня из головы. Это отвлекает, мешает работать. А еще страшно раздражает. Серхио, которого сегодня нет на рабочем месте по семейным обстоятельствам, сказал бы, что я таким образом ищу повод сбежать, не беря на себя ответственность. Что ж, он был бы прав. Это признание самому себе позволяет мне тут же успокоиться и переключиться на работу.
Правда, мое спокойствие длится не долго. В обеденный перерыв выбираюсь в кафе. Плотно перекусив, потому что наконец чувствую себя здоровым, решаю прогуляться. Сегодня хорошая погода. Не особо жарко, дует теплый ветер. Сам не понимаю, как ноги приносят меня к офису, где работает мой будущий тесть. Рассеяно бросаю взгляд на здание и с удивлением вижу, как оттуда в сопровождении Пабло выходит Тамара. Он обнимает ее за плечи, над чем-то смеется. Она улыбается ему, но через силу. В тот день, когда к нам в гости приходил Вадим, она выглядела так же. Когда эти двое успели познакомиться? Что их связывает? Почему она позволяет ему прикасаться к себе?
Хочу окликнуть ее. Подойти, поздороваться. Но тут подъезжает такси. Тамара садится в него и уезжает. Пабло с улыбкой на губах провожает ее взглядом. Что там говорила Алехандра? Отцу нравятся книжки моей тетушки? Или может быть, ему нравится она сама? Настроение мгновенно портится. Понимаю, что если сейчас ничего не решу, то могу потерять Тамару навсегда. И если такое произойдет, я никогда себе этого не смогу простить.
Алехандра встречает меня вкусным ужином. В доме прибрано, пахнет выпечкой и какими-то арома-маслами. И будь я в духе, то непременно оценил бы это. Но душевное состояние сейчас не то. Бросаю взгляд на свою невесту. На ней простое, но очень милое платье до колен. Светлые волосы аккуратно причесаны на прямой пробор и гладким шелком спускаются на грудь. Она подходит ко мне, обнимает меня за шею. Нежно целует в губы, прижимаясь всем телом.
— Не сердись на меня, — тихо просит Алехандра, заглядывая мне в глаза. — Если не веришь мне, то можешь спросить у моих подруг, как я провела вчерашний вечер и с кем.
Неужели она так плохо меня знает? Я никогда не пойду проверять ее слова. Мне не нужно, чтобы кто-то поддерживал или опровергал мою веру в того, кого я выбрал. Для этого мне вполне достаточно своего мнения. Может быть это самонадеянно и глупо, но что поделать для меня это самое важное.
— Мне не зачем это делать, — отвечаю я, касаясь ее щеки. Она ловит мою руку и целует ладонь.
